Сколько вешать в граммах.
Цена при внесудебном обращении взыскания

При обращении взыскания на предмет залога путем его продажи с торгов интересы залогодателя защищены: благодаря конкуренции широкого круга третьих лиц продажа осуществляется по реальной, а не умозрительной рыночной цене.

Если выручка от продажи предмета залога на торгах превышает размер обеспеченного залогом требования, разница (superfl uum — залоговая сдача) возвращается залогодателю (абз. 2 п. 3 ст. 334 ГК). Cоглашение об отказе залогодателя от права на получение залоговой сдачи ничтожно.

При обращении взыскания на предмет залога путем оставления за собой (так называемая lex commissoria (комиссорная оговорка)) либо прямой продаже залогодержателем предмета залога конкретному третьему лицу (без проведения торгов) залогодатель с точки зрения перспектив получения залоговой сдачи находится в более уязвимом положении. Отметим, что внесудебное обращение взыскания на предмет залога (абз. 2, 3 п. 2 ст. 350.1 ГК) допускается не всегда (п. 2 ст. 350.1 ГК, п. 2, 3 ст. 55, ст. 59.1 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», далее — Закон об ипотеке).

Оставление залогодержателем предмета залога за собой или его прямая продажа третьему лицу должна осуществляться по цене не ниже рыночной стоимости (абз. 2–3 п. 2 ст. 350.1 ГК, п. 3 ст. 55 Закона об ипотеке). Если стоимость оставляемого за залогодержателем или отчуждаемого третьему лицу имущества превышает размер неисполненного обязательства, обеспеченного залогом, разница подлежит выплате залогодателю (абз. 4 п. 2 ст. 350.1 ГК).

То есть правило о залоговой сдаче закреплено в действующем законодательстве и для ситуации внесудебной реализации залога. Это правило позволяет смягчить опасения относительно допустимости внесудебного обращения взыскания на предмет залога, без продажи на торгах. Так, большинство правопорядков традиционно запрещали или значительно ограничивали право залогодержателя оставить предмет залога за собой (lex commissoria).

В римском праве до 320 года комиссорная оговорка не предполагала обязанности кредитора возвращать должнику разницу между стоимостью предмета залога и размером обеспеченного им обязательства. Преимущественно по этой причине в 320 году эдиктом Константина применение lex commissoria было запрещено.

Наряду с отсутствием правила о залоговой сдаче среди причин запрета комиссорной оговорки называют смещение баланса интересов залогодателя и залогодержателя в пользу последнего, который мог фактически за бесценок получить заложенное имущество, а также нарушение интересов других кредиторов должника, которые лишались способов удовлетворения своих требований ввиду отсутствия продажи вещи с торгов.

Применение института lex commissoria во многих правопорядках весьма ограничено до сих пор по перечисленным причинам, главной из которой остается проблема с залоговой сдачей. В случае превышения стоимости предмета залога над долгом перед залогодержателем присвоение или продажа без торгов ведут, в частности, к уменьшению кон курсной массы должника и ущербу его другим кредиторам. В современном российском праве присвоение залогодержателем заложенного имущества во внесудебном порядке еще десять лет назад вызывало настороженное отношение судов еще в постановлении от 10.04.2012 № 15085/11 по делу № А19-5794/10-10-4э.

В настоящее время с учетом закрепления правила о залоговой сдаче в ГК и Законе об ипотеке комиссорная оговорка заслуживает более спокойного отношения — впрочем, только в определенной степени, так как гипотетически залоговый кредитор, недобросовестно реализовавший комиссорную оговорку к своей выгоде, сам может оказаться банкротом.

Если речь идет о банке, то, наверное, риск его банк ротства статистически ниже. Нельзя здесь не отметить и того, что комиссорная оговорка — это в определенном смысле щедрость за чужой счет. Правопорядки в целом смирились с тем, что залог — это соглашение должника и кредитора о том, что другие кредиторы ничего не получат или хотя бы получат меньше; это может иметь оправдание в том, что, дескать, должник сможет получить финансирование от этого кредитора под невысокий процент.

Комиссорная оговорка в этом смысле оказывается двойной щедростью: другие кредиторы не только соглашаются платить за то, что должник получит от этого кредитора финансирование дешевле (как всегда при залоге), но берут на себя риск банкротства кредитора-залогодержателя на случай негодной реализации им комиссорной оговорки.

Вторым концептуальным возражением против комиссорной оговорки является не всегда точное определение рыночной цены, даже и в ходе судебной экспертизы. Этот конкретно-исторический вопрос требует отдельного анализа и выработки подхода правопорядка, поскольку является общим и выходит за пределы учения о залоге.

Механизм определения рыночной цены и возврата залоговой сдачи при внесудебном обращении взыскания на недвижимое имущество обозначен в Законе об ипотеке. Цена, по которой залогодержатель оставляет заложенное недвижимое имущество или продает его другому лицу, определяется оценщиком исходя из рыночной стоимости (п. 3 ст. 55 Закона об ипотеке).

Если заинтересованное лицо, то есть залогодатель или должник (если залогодателем является третье лицо), не согласно с проведенной оценкой заложенного имущества, то оно вправе требовать от залогодержателя возмещения убытков, причиненных реализацией заложенного имущества, по цене, указанной в отчете об оценке (абз. 3 п. 3 ст. 55 Закона об ипотеке).

Квалификация требования о воз врате залоговой сдачи при внесудебном обращении взыскания как убытков не выглядит очевидной, особенно в случае оставления предмета залогодержателем за собой. Вполне возможно, уместно отнесение такого требования к кондикционным, ибо оно, кажется, возникает из приобретения или сбережения иму щества.

Как известно, в таких случаях квалификация требования как убытков или неосновательного обогащения может дать истцу или ответчику некоторые различия в правовых положениях.

На уровне (немногочисленной) судебной практики дискуссия о надлежащей квалификации требования о возврате залоговой сдачи не просматривается: истцы пользуются требованием о возмещении убытков, и суды попытки переквалификации требования во взыскание неосновательного обогащения не предпринимают.

Вероятно, это происходит в силу того, что разница применения того или другого требования в конкретных делах не чувствуется, хотя, повторимся, она может быть. Так, например, при квалификации требования как убыточного подлежит учету вина потерпевшего (которая может быть усмотрена, например, в отсутствии возражений залогодателя о цене при обращении взыскания), при взыскании неосновательного обогащения вина (и кредитора, и должника) юридически безразлична.

Например, в деле Агростроя предметом залога выступал грузовой самосвал. В результате неисполнения должником договора займа грузовой самосвал был реализован путем оставления в собственности залогодержателя по цене, установленной в договоре займа (350 тыс. руб.), в то время как рыночная стоимость транспортного средства была равна почти 3 млн руб.

Суды всех инстанций поддержали иск залогодателя и взыскали в качестве убытков разницу между рыночной стоимостью автомобиля (определенной судебной оценочной экспертизой) и размером обеспеченного обязательства, квалифицировав взысканную сумму как убытки за нарушение обязательства.

В деле ТЭК+ суд кассационной инстанции отменил акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение, так как суды не назначили оценочную экспертизу для определения рыночной стоимости предмета залога, что нарушило баланс интересов сторон и нормы материаль ного права (абз. 4 п. 2 ст. 350.1 ГК).

Таким образом, закрепление законодателем правила о залоговой сдаче смягчает некоторые, хотя и не все, из многовековых претензий к lex commissoria: если залогодержатель не впадет в банкротство и залогодателю удастся добиться адекватной оценки предмета залога в ходе судебного спора, залогодержатель не должен несправедливо обогатиться за счет залогодателя путем присвоения имущества, стоимость которого превышает размер долга. Еще залогодержатель не должен получить несправедливые преимущества перед другими кредиторами залогодателя путем уменьшения конкурсной массы должника.